План Б – противодействие или во благо страны? Арпине Ованнисян

Экс-министр юстиции Арпине Ованнисян в Национальном Собрании написала: "План Б – противодействие или во благо страны?" Из нескольких выводов самого короткого обсуждения программы правительства:

1. Как и ожидалось, содержательного обсуждения не было. Причина заключалась не в отсутствии вопросов для обсуждения. Причина была в повестке, установленной властью, и в том, как оппозиция вписывалась в эту повестку. В политике власть – это не только способность принимать решения. Власть также заключается в определении, вокруг чего вообще будет идти политическая дискуссия. Это ключевая идея планирования повестки.

Процесс, который начался вокруг второго президента и его семьи во время обсуждения программы правительства, был очередным проявлением этого. Это была не только тема Кочаряна, а ранее – Царукяна. Непонимание того, что это не отдельные, изолированные эпизоды, а части гораздо большего политического процесса, является политической наивностью.

2. Важно не только то, против чего ты борешься. Важно, в рамках чьей повестки вы боретесь.

Сила, взявшая на себя роль пионера оппозиции, несколько дней подряд стучала по столам парламента, выражая свой протест против конкретного явления, и в какой-то момент в самый важный миг Пашинян так построил ситуацию, что столы больше не стучали.

В своем заключительном выступлении он одним предложением обратился к Вселенскому Католикосу как по имени, так и по духовному титулу, превратив тему, поднятую оппозицией за эти дни, в свою политическую капитализацию и показав в одном предложении ту двойственность, конфронтацию и поляризацию, вокруг которой он хочет выстроить свою политическую риторику.

Оппозиция на протяжении нескольких дней увеличивала политический вес темы. В конце концов, Пашинян взял это накопившееся внимание и использовал это в своих политических целях. Можно ли было это предсказать? Да. Уильям Райкер использовал термин "херестетика" для описания такой политической ловкости, то есть построение политического выбора так, чтобы даже поведение оппонента начало работать на твой политический результат.

3. У Пашиняна есть политическая стратегия – неверная или правильная, рискованная, незаконная, неприемлемая, но стратегия. У оппозиции – политическая реакция.

Практически все действия Пашиняна служат определенной политической цели. Более того, в последнее время многие из них также имеют название "реализация предвыборного обещания".

Это не серьезно, каждый раз удивляться: "А это они тоже сделали?", "Не думали, что и это они сделают", "Не ожидали, что зайдут так далеко", а нужно попытаться понять, в какой более широкий процесс вписывается данный шаг и какой может быть следующим, особенно когда вы строите свою политическую риторику вокруг критической ситуации страны, угрозы потери государственности, непоправимых последствий.

Если вы действительно верите в эти оценки, ваше политическое поведение должно соотноситься с ними. В противном случае это создает впечатление, что апокалиптические и фаталистические формулировки так злоупотребляют, что "критическая ситуация в стране" больше не является политическим убеждением, которое должно определять логику действий, а просто формой построения политического выступления.

Написание статусов, ругань, проклятия, горячие выступления – это реакция. Чисто.

То есть это реактивная политика: обстоятельство диктует – выйдем на улицу, в противном случае пойдем в Антикоррупционный комитет, в третьем случае сделаем что-то другое. Но обстоятельство – это не план.

4. Когда спрашивали "У вас есть План Б?", это не был вопрос ради интереса. Это был политический бремя, которое вы взяли на себя и по меньшей мере не реализовали.

Но даже сейчас его наличие жизненно важно – если не для вас, то хотя бы для страны. Но если "план" – это события, ожидаемые из России, Запада, Израиля, с улицы, из-за ошибок власти, от Павла или Петра, или от любого "черного лебедя", это не ваш план. Это внешние обстоятельства. Вы можете быть его бенефициаром и пользователем. Но можете и не быть вовсе.

Политическая активность – это еще не политика. Это не индикатор беспрецедентности. Политическим деятелям доверять не стоит. Тем более тем, кто оплачивается вами.

Если вы решили просто работать в парламенте – так и скажите.

Очевидно, что из двух предложенных Пашиняном выборов: "положите мандаты и сделайте революцию или работайте" вы выбрали или вынуждены выбрать второе. Хотя напомню: вы этого не обещали своим избирателям.

Не надо обычную парламентскую работу представлять как исключительную "новую методологию" для смены власти.

5. Несколько слов о "качественно новом противостоянии".

Сила, взявшая на себя роль пионера оппозиции, намеренно или ненамеренно взяла на себя и политическое бремя этого статуса. Получение самого большого количества оппозиционных голосов – это не только преимущество. Это также и ответственность перед собственными избирателями и, более широко, перед политическими процессами страны.

И здесь важно осознать очень важный момент: в вашей команде нет политиков мирового масштаба. Местного масштаба – тем более. Более того, там практически нет политиков.

Это не оскорбление и не оценка личных качеств. Быть политиком – это профессия: видеть политические процессы, просчитывать на несколько шагов вперед, формировать собственную повестку, понимать повестку оппонента и предсказать политические последствия. Особенно когда вы не относитесь к политике серьезно, возможно, даже испытываете отвращение к ней, чрезмерная самоуверенность и высокомерие становятся более опасными.

Каждая критика становится "определенно кто-то что-то хочет", "определенно кто-то работает на чью-то пользу" – такая логика также не работает на вас. Иногда стоит не только искать, что хочет критик, но и слушать, что он говорит.

Проблема не в политической активности. Проблема в политическом мышлении. Аполитичное поведение не становится политическим, просто называя его "политическим". Поэтому вызов остается прежним: вместо качественно нового противостояния не стать качественно удобным противостоянием. Мандат забирается, но плана смены власти нет. Собственная повестка не формируется, но входит в повестку власти. Если власть имеет стратегию, а оппозиция – реакции, в какой-то момент это перестает быть только проблемой оппозиции. Это становится проблемой страны.